Киргизы не помирили Индию и Пакистан. Помирит ли Путин?

В последние два дня Бишкек превратился в центр мировой политики. Там на саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) собрались лидеры России, Белоруссии, Китая, Индии, Ирана, Пакистана, Афганистана, Монголии и четырёх среднеазиатских республик – Казахстана, Узбекистана, Таджикистана и Киргизии. В совокупности эти страны представляют половину человечества и около трети мировой экономики.

На грани войны

Основная интрига саммита состояла в том, как будут смотреть в глаза друг другу главы правительств Индии и Пакистана. Четыре месяца назад две ядерные страны оказались на грани войны. Эскалация началась с событий 14 февраля, когда смертник из исламистской группировки «Джаиш-е-Мухаммад» взорвал 45 индийских полицейских в штате Джамму и Кашмир. Индия ответила экономическими санкциями против Пакистана и закрыла для него воздушное пространство.

26 февраля индусы приступили к масштабному авиарейду в пакистанской части провинции Кашмир, где укрываются террористы. 12 многоцелевых истребителей «Мираж-200» сбросили бомбы общим весом в одну тонну и уничтожили лагерь с 350 боевиками. Индийские ВВС пересекли линию контроля впервые после последней индо-пакистанской войны 1971 года. Пакистан жёстко отреагировал на нарушение своего воздушного пространства – сбил два индийских истребителя, но потерял один F-16.

Корни конфликта

Нерешённость проблемы населённого в основном мусульманами индийского штата Джамму и Кашмир сохраняет напряжённость между двумя странами. Проблема образовалась после развала Британской империи в 1947 году. Тогда власти Пакистана попытались включить регион в свой состав, но правитель Кашмира отдал предпочтение Индии. Спор вылился в три разрушительные войны – 1948, 1965 и 1971 годов, в результате которых 40% Кашмира отошли к Пакистану, остальные 60% закрепились за Индией. С 1972 года здесь функционирует демаркационная линия. Кашмир для Индии до сих пор остаётся источником сепаратизма и терроризма.

Реверансы Имрана Хана

Накануне приезда Моди в Бишкек пакистанцы сделали жест доброй воли – открыли своё воздушное пространство для пролёта «борта номер 1» из Нью-Дели. Но индийский премьер воспользовался обходным маршрутом. Напряжённость начала проявляться уже в первый день саммита. Моди и его пакистанский коллега Имран Хан не встречались, не проводили беседы и даже не приветствовали друга на неофициальном ужине.

Премьер-министр Индии Нарендра Моди. Фото: Madhuram Paliwal / Shutterstock.com

Причину своего поведения Моди объяснил союзнику Пакистана, председателю КНР Си Цзиньпину: для переговоров с Исламабадом Имрану Хану нужно сделать реальные шаги в борьбе с терроризмом.

Пакистан должен создать атмосферу, свободную от терроризма, но на данном этапе мы не видим, чтобы это происходило,

– сказал Моди.

Нью-Дели обвиняет Исламабад в «крышевании» «Джаиш-е-Мухаммад», которая выступает за отделение Кашмира от Индии. Имран Хан отрицает поддержку террористов и призывает к расследованию теракта против индийских солдат.

В присутствии Путина

Обвинения против пакистанцев продолжились и во второй день саммита. Но в присутствии Владимира Путина и других лидеров ШОС Моди постеснялся называть виновника по имени. Страны, спонсирующие терроризм, должны быть привлечены к ответственности, сказал он.

Любопытно, что две ядерные страны выясняют проблему поддержки одной из них терроризма в структуре, которая направлена как раз для борьбы с этим явлением. В заключительном коммюнике лидеры ШОС подтвердили приверженность борьбе против «трёх зол»: терроризма, сепаратизма и экстремизма.

Учитывая глубокую историю проблемы, трудно поверить в то, что один саммит способен сгладить обострившиеся за последний месяц страсти вокруг Кашмира. Но надо отдать должное и Нарендре Моди, и Имрану Хану, которые пускай и не пожали друг другу руки, но всё же не проигнорировали мероприятие в Бишкеке.

Эксперт: Не нужно строить иллюзий

Пакистанский политолог Вагар Ризви призывает к «реализму» при оценке перспектив урегулирования отношений южноазиатских соседей.

«Мы должны реалистично оценивать шансы на «мир» между Пакистаном и Индией. Никакого мира нельзя достичь только одной встречей в кулуарах ШОС. Хотя она может стать хорошим началом. Было бы разумно, если обе стороны воспользовались такой возможностью», – отметил Ризви в беседе с Царьградом.

Эксперт заметил, что Моди во многом благодаря эскалации конфликта в Кашмире и жёсткому ответу смог одержать вверх на парламентских выборах. Имея за спиной публичную поддержку, он в состоянии предпринять реальные шаги для улучшения отношений.

Имран Хан, похоже, хочет улучшить отношения с Индией и неоднократно заявлял об этом. Но есть ли у Моди политическая воля к достижению мира?

– задаётся вопросом Ризви.

Фото: www.globallookpress.com

Следующий саммит пройдёт в Челябинске. Возможно, к тому времени страсти улягутся, и Владимир Путин сможет примирить давних соперников. Сохранение контактов с каждой из двух азиатских стран важно для России. Индия – наш традиционный союзник, участник проекта «Север–Юг» и покупатель российского вооружения, в частности, С-400. Исламабад нужен Москве для решения угрожающей безопасности южных границ ОДКБ афганской проблемы и тоже интересуется продукцией российского ВПК.